Давид (не оборачиваясь). Пиши-пиши…

Утро. Арчил спит в спальном мешке. Рядом лежит дневник и ручка. Спальник Давида пуст.

Давид, отгоняя от себя комаров, пристально следит за поплавком, пляшущим на волнах реки. Клюет  – он подсекает, выдергивает из воды рыбу, опускает ее в полиэтиленовый мешок, наполненный водой, смотрит, как одинокая рыбка мечется в замкнутом пространстве в поисках выхода.

Давид оглядывается на холм, где  стоят палатки. В лагере тишина.

Давид насаживает на крючок хлебный шарик, забрасывает удочку и, сев на корточки, наблюдает за поплавком! Выдергивает очередную рыбу, кладет ее в мешок, где плавают уже штук пять ее сородичей.

С холма к Давиду бежит Арчил.

Арчил. Толстый, давай сматывай удочку! Мы уезжаем!

Давид. Куда?

Арчил. Едем дальше, непонятно, что ли?

Давид (ехидно). Папа сказал?

Арчил. Да! Папа! Пошли!

Давид неторопливо собирает удочку, выпускает в реку пойманных рыб. Поднимается на холм вслед за Арчилом. Туда, где у машины их ждет Отец.

«Волга», урча двигателем, пробирается по грунтовой дороге вдоль берега реки к мосту.

Отец ведет машину, выставив руку с дымящейся сигаретой в открытое окно. Арчил пытается настроить автомобильный радиоприемник. Давид на заднем сиденье смотрит в окно на реку.

Давид (себе под нос). И чего было уезжать отсюда? Только клев начался.

Отец (Арчилу). Оставь эту станцию.

По радио звучи т песня Высоцкого:

Идет охота на волков, идет охота…

На серых хищников,

матерых и щенков…

“Волга» выбирается на шоссе и едет дальше. Голос Высоцкого забивается треском помех.

Отец (Арчилу). Выключи.

Арчил выключает приемник.

Давид. Эх, там такую щуку я видел! Можно было на спиннинг попробовать.

Отец. Посмотри, Арчи, на карте, сколько до поворота на Бекетово осталось.

Арчил раскладывает атлас автомобильных дорог на коленях.

Давид (под нос). Чего нам какое-то Бекетово? Тут такая рыбалка…

Отец резко останавливает машину. Оборачивается к Давиду, зажав в углу рта сигарету и выпустив ему в лицо струю дыма.

Отец. Так. Что ты ноешь?

Давид. Ничего. Просто можно было еще порыбачить. Мы же отдыхать поехали.

Отец. Порыбачить хочешь? (Выходит из машины, обходит ее и распахивает дверцу со стороны Давида. Берет его рюкзак, чехол с удочкой, выбрасывает все на дорогу.) Выходи!

Давид растерянно смотрит на Отца. Отец, взяв его за руку, выдергивает его из машины на шоссе.

Отец. Рыбачь… (Возвращается в «Волгу».) Взвизгнув шинами, «Волга» отъезжает и на большой скорости скрывается за поворотом.

Звук мотора стихает. Звенящая тишина. Давид смотрит вслед машине. Бежит за ними, добегает до поворота  – открывается новый отрезок шоссе. «Волги» уже не видно. Давид останавливается, моргая, всматривается в даль. Трет глаза рукой. Тишина. Сзади нарастает шум. Давид оглядывается. Из-за поворота появляется лесовоз, нагруженный длинными сосновыми бревнами. Давид отскакивает на обочину. Лесовоз проезжает, обдав мальчика сизым выхлопом солярки. Измочаленные концы бревен с шелестом метут шоссе следом за трейлером. И опять тишина. Давид бредет назад по дороге.

Давид сидит на корточках на автомобильном мосту, глядя на струящуюся внизу реку. Шум машины. Давид вскакивает. Проносится с дребезжанием «уазик»-«буханка» с надписью «Ветслужба». И опять тишина. Солнце заволакивается тучами. Давид начинает дрожать.

Вечер. Давид сидит на обочине шоссе, уткнув голову в колени и закрыв ее руками. Накрапывает дождь. Мимо проносятся две машины. Давид не поднимает головы. И вдруг раздается автомобильный сигнал. Еще раз. Давид поднимает голову и видит бесшумно подъехавшую «Волгу». И открывшуюся дверь с той стороны, где он всегда сидел. Давид хватает удочки и бежит к машине.

«Волга» мчится по шоссе.

Давид трясется на заднем сиденье. Отец смотрит на него в зеркало. Протягивает назад руку, вытаскивает из-под вещей толстый свитер, сует Давиду.

Отец. Сними майку и надень.

Давид переодевается.

К нему поворачивается Арчил.

Арчил. А где же твоя рыба?

Отец (Арчилу). Не болтай. Следи за дорогой, где-то здесь поворот.

На некоторое время воцаряется молчание.

Давид. Отец… Папа…

Отец. Да?

Давид. Зачем?.. Зачем ты взял нас с собой?..

Отец. Продолжай. Смелее, сынок!

Давид (кричит). Ведь мы тебе не нужны! Нам было хорошо без тебя! С мамой, с бабушкой! Зачем ты приехал?! Зачем взял нас с собой?! Зачем мы тебе нужны?! Отвечай! Отвечай!

Отец (спокойно). Ваша мать просила побыть с вами какое-то время…

Давид (ехидно). Вот как?! Мама просила! А ты?..

Отец (посмотрев на Давида в зеркало заднего обзора). Я тоже хочу быть с вами…

Давид. Зачем?! Чтобы издеваться над нами?!

Отец. Нет. Я ваш отец. Я люблю вас… (Замечает съезд с дороги.) А вот и поворот!

«Волга» съезжает с асфальтированного шоссе на подмоченную дождем проселочную дорогу.

Отец (громко поет). «Вот, новый поворот, что он нам несет? Пропасть или брод?..»

Арчил (подхватывает). «И не разберешь, пока не повернешь!..»

Отец и Арчил (хором). «Пока не повернешь!..»

Давид с ужасом смотрит на эту веселящуюся парочку.

Проселочная дорога в лесу. Идет дождь.

«Волга» буксует в грязи. Отец переводит рычаг переключения передач то вперед, то назад. Ни к чему, кроме легкого покачивания автомобиля, это не  приводит. Отец глушит мотор. Слышна только дробь дождя по крыше.

Арчил. Застряли, да?

Отец. Нет. Стоим на взлетной полосе.

Давид. Зачем мы сюда свернули? Надо было ехать по шоссе.

Отец. Вылезайте из машины.

Арчил (приоткрыв дверь и взглянув на грязную жижу вокруг). Куда? А, черт с ним!

Решительно выходит из машины, поскальзывается, падает на четвереньки. Встает весь в грязи.

Отец. Разулся хотя бы!..

Арчил. Уже поздно…

Отец (Давиду). А тебе отдельное приглашение требуется? Разувайся!

Давид начинает возиться со шнурками кед.

Отец. Живее!

Давид. Сейчас!

2 коммента
  1. Вы правы, потому что настоящий Режиссёр прав всегда. Знаю по работе в театре. Буду признателен, если что-то прочитаете из драматургии.

  2. Надо сказать, что изменения в процессе работы над фильмом пошли на пользу. Убрали первые и последние сцены – слишком лиричные. Подсократили финал. Добавили образ вышки, как преодоление для Ивана. Если бы я читал сценарий, не посмотрев фильм, меня бы тоже резанула неестественность сцены, когда старший брат, который умеет водить машину, и заменивший погибшего отца, вдруг садится на заднее сиденье (потому что захотелось сидеть рядом с трупом отца) и учит с заднего сиденья младшего, как вести машину… Единственное, тема сундука без объяснения бандитской подоплеки в фильме осталась в подвешенном состоянии – но это и без меня, помню, десять лет назад критики ставили в упрек в обязательной программе… А так, конечно, сценарий очень мощный, лаконичный, с внутренним мотором, лучше прочитать его раза три с детальным разбором, чем десять книжек по сценарному мастерству.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Тоже интересно
Читать

Свой среди чужих, чужой среди своих. Сценарий

Волшанский губком заседал в гулком, громадном зале старинного особняка. Низко висевшие над столом керосиновые лампы с трудом боролись с темнотой.У секретаря губкома Василия Антоновича Сарычева — усталое и бледное, с припухлыми от бессонницы веками лицо нездорового человека.
Читать

Джокер. Сценарий (англ.)

Сценарий фильма “Джокер”, уже ставшего сенсацией этого года. Сценаристы – Тодд Филлипс и Скотт Сильвер. По словам авторов…