Свет уже погашен. И не слышно голосов взрослых за дверью. А мальчишки не спят. Лежат каждый в своей кровати с открытыми, блестящими в лунном свете глазами.

Арчил (шепотом). Толстый! Толстый!.. Жирняй!

Давид (шепотам). Чего тебе?

Арчил. А грузила положил?

Давид. Положил… Ты сам положил.

Арчил. А! Точно!.. Видал, какой он?.. Здоровый!  Качается, наверное…

Давид. Наверное… Откуда он взялся?..

Арчил. Приехал… А ты не рад, что ли?

Давид. Рад. Мама говорила, он летчик. Что-то не похож на летчика.

Арчил. Почему?

Давид. Ну, летчики, знаешь… Форма. Фуражка…

Арчил. Если он в отпуск приехал, чего он будет в форме расхаживать? Она ему небось надоела уже…

Давид. Может быть… А ты леску мою положил?

Арчил. Положил. И тетрадь взял.

Давид. Уроки делать собрался?

Арчил. Дурень! Дневник будем вести, каждый день. День ты, день я. Понял?

Мать входит в комнату. Неожиданно, так, что они не успевают притвориться спящими.

Мать. Вы чего болтаете? Почему не спите?

Арчил. Все, мама. Спим.

Повернулись на бок. Подложили ладони под щеку. Зажмурили глаза. Такие примерные. Мать кое-как сдерживается, чтобы не рассмеяться. Видит их рюкзаки, набитые под завязку. Приподнимает их.

Мать. Что это вы в них напихали? Кирпичи?! Куда столько? Завтра вечером уже дома будете!

Оба так и подскочили.

Давид. Там все нужное!

Арчил. Снасти. Мы же рыбу собираемся ловить!

Мать. Ладно. Спите. (Собирается уходить.)

Давид. Ма, откуда он взялся?

Мать. Приехал… Спи, сынок. Завтра рано вставать.

Утро. «Волга» мчится по шоссе.

И вот они уже едут.

Выехали рано утром. Солнце только-только вставало, а сейчас оно уже висит над деревьями справа от машины. Слепит глаза.

Мальчишки, не спавшие почти всю ночь, наверстывают упущенное.

Арчил развалился на переднем сиденье, откинув голову. Дрыхнет с открытым ртом. На его коленях лежит карта района с нанесенным на нее красным фломастером маршрутом, прямым, как двухсоткилометровый отрезок шоссе,  – путь от их дома до водопадов. Он хотел изображать из себя штурмана: отмечать в специально заведенном блокноте время и километры, подсказывать отцу названия населенных пунктов, но, как только машина выехала на шоссе, позорно задрых, откинувшись на сиденье.

Давид клюет носом на заднем сиденье, заваленном какими-то сумками, баулами, свертками, которые заботливо собрали в дорогу Мама и Бабушка. На его коленях лежит тетрадь  – дневник путешествия. То место, где сделана запись, заложено авторучкой…

Сквозь пелену неумолимо наваливающегося сна Давид видит затылок Отца, его мощную загорелую шею.

Отец ведет машину  – уверенный, спокойный, выставив локоть в открытое окно. Время от времени он посматривает в зеркало заднего вида  – на Давида.

Когда их взгляды встречаются, Давид поспешно отводит глаза, а во взгляде Отца появляется улыбка.

Отец. Давид…

Давид. Что?

Отец. «Что, папа?»

Давид. Что?..

Отец. «Что, папа»! Почему ты не  обращаешься ко мне так?

Давид (выдавливает из себя). Что папа?

Отец. Вот! Уже лучше. Так почему?

Давид (растерянно). Я… Я не знаю.

Отец. Стесняешься называть своего отца отцом?

Давид (неуверенно). Н-н-нет..

Отец. Не врать мне!

Давид. Я не вру! Что вы… ты хочешь?!

Отец. Называй меня отцом, как положено сыну! Понял?

Давид. Да.

Отец. «Да, папа»! Черт возьми!

Давид. Да, папа!

Отец. Молодец, сынок. Проголодался?

Давид. Нет.

Отец. Не слышу!

Давид. Нет, папа!

Отец. А пить хочешь?

Давид. Не хочу!

И тогда Отец, оставив дорогу, поворачивается к нему. Смотрит на сына. Холодный, жесткий, жестокий взгляд. Возможно, в другой раз это произвело бы на Давида впечатление, но сейчас он с ужасом смотрит, как машину неумолимо уводит влево, а навстречу ей летят другие автомобили. Что нужно этому человеку?!

Давид (со слезой в голосе). Не хочу папа! Не хочу, папа! Не хочу, папа!..

Огромный грузовик летит им навстречу. Водитель грузовика отчаянно сигналит.

Давид. Отец!!!

Ухмыльнувшись, Отец отворачивается от Давида. Выравнивает машину на дороге. Грузовик проносится мимо. Мгновенно вспотевший Давид с ненавистью смотрит на затылок Отца. А тот спокойно протягивает ему через плечо платок.

Отец. Вытри сопли, сынок.

Давид вытирает вспотевшее лицо и хочет вернуть платок Отцу.

Отец. Оставь себе. Он тебе еще пригодится. (С улыбкой во взгляде смотрит в зеркало, в полные ненависти глаза сына.) Поспи, сынок. Посмотри на своего брата. Железные нервы! Мы тут орали, а он даже не пошевелился. Хочешь спать?

Давид. Да… папа.

Давид откидывается на сиденье. Закрывает глаза.

Давид не заметил, как заснул…

Просыпается он от отсутствия движения. Машина стоит. Отца в машине нет. Арчил уже не спит, он смотрит в окно на Отца, который разговаривает по телефону в будке недалеко от бензоколонок.

Давид. Арчи, где мы?

Арчил (поворачивается к брату). Проснулся, толстый! А я думал, ты всю дорогу проспишь!

Давид. Ты сам все время дрых. Где мы?

Арчил берет карту, тычет пальцем в точку, где они сейчас находятся.

Арчил. Здесь!

Давид. Почти приехали.

Прячет дневник в рюкзак.

Арчил. Ага. Еще километров двадцать осталось.

Давид (кивнув на Отца). Чего он?..

Арчил (пожимает плечами). Сказал, что нужно позвонить…

Давид. Есть хочется.

Арчил. Потерпишь. На месте пообедаем. Отец так сказал.

Давид. Да? Он так сказал?! А я сейчас хочу! :

В окно видно, как Отец вешает срубку. Идет к машине, садится за руль.

Отец. Давид, достань, там, в рюкзаке… фляжка.

Давид открывает рюкзак, роется в нем.

Отец (раздраженно). Не там! В кармашке справа!

Давид открывает кармашек, достает из него плоскую жестяную фляжку, протягивает ее Отцу.

Отец. Спасибо.

2 коммента
  1. Вы правы, потому что настоящий Режиссёр прав всегда. Знаю по работе в театре. Буду признателен, если что-то прочитаете из драматургии.

  2. Надо сказать, что изменения в процессе работы над фильмом пошли на пользу. Убрали первые и последние сцены – слишком лиричные. Подсократили финал. Добавили образ вышки, как преодоление для Ивана. Если бы я читал сценарий, не посмотрев фильм, меня бы тоже резанула неестественность сцены, когда старший брат, который умеет водить машину, и заменивший погибшего отца, вдруг садится на заднее сиденье (потому что захотелось сидеть рядом с трупом отца) и учит с заднего сиденья младшего, как вести машину… Единственное, тема сундука без объяснения бандитской подоплеки в фильме осталась в подвешенном состоянии – но это и без меня, помню, десять лет назад критики ставили в упрек в обязательной программе… А так, конечно, сценарий очень мощный, лаконичный, с внутренним мотором, лучше прочитать его раза три с детальным разбором, чем десять книжек по сценарному мастерству.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Тоже интересно
Читать

Свой среди чужих, чужой среди своих. Сценарий

Волшанский губком заседал в гулком, громадном зале старинного особняка. Низко висевшие над столом керосиновые лампы с трудом боролись с темнотой.У секретаря губкома Василия Антоновича Сарычева — усталое и бледное, с припухлыми от бессонницы веками лицо нездорового человека.
Читать

Джокер. Сценарий (англ.)

Сценарий фильма “Джокер”, уже ставшего сенсацией этого года. Сценаристы – Тодд Филлипс и Скотт Сильвер. По словам авторов…