Кто здесь: сценаристы

Нана Гринштейн («Питер FM», «Плюс один», «Анна Герман. Эхо любви»)
1) Где, у кого и как училась писать сценарии? Что было самым важным в кинообразовании?
Училась у Арабова в его самой первой мастерской, 1992-1996. Училась я плохо и практически ничему не научилась, как ни старались мастера, Ю.Н.Арабов и Т.А.Дубровина. Во всяком случае, так мне кажется самой. Что училась я плохо. Единственное важное, чему я научилась, и без чего вообще дальнейшие труды на кинопашне были бы бессмысленны, – это что, про что и зачем стоит писать. А технологически я ничего особенного не постигла в силу лени и отсутствия природной драматургической закваски.

Но на самом деле настоящей учебой была работа в кино, общение с режиссерами и вообще с представителями других цехов. Общение с коллегами-сценаристами никогда не давало мне так много, как общение с режиссерами, продюсерами, художниками, вторыми режиссерами и т.д. Как мне кажется, только понимание процесса делания кино может научить писать сценарии, которые могут быть качественно воспроизведены на экране. А если и не качественно воспроизведены, то хотя бы вызвать у режиссера желание их воспроизводить. Мне кажется, это важнее всего, чтобы сценарии сценариста режиссеры хотели снимать. Чтобы прочитали и захотели вот именно это снимать, чтобы увидели в голове это кино, а не просто текст какой-то прочитали. У меня далеко не всегда получается, к сожалению, так. Буду еще учиться, если не брошу профессию сценариста вообще.2) Что написано? Какими проектами гордишься? О каких хочется забыть?
Если говорить о количестве написанного – то вроде написано не так уж много. А вот если с точки зрения реализации – то получается, что написано и не снято много, очень много, я чемпион по количеству закрытых проектов. Гордости как-то нет. Удовлетворение и радость состоявшейся самоидентификации испытываю от трех неснятых сценариев (написанных для собственной режиссерской реализации) и пары-тройки написанных в девяностые стихотворений. И от спектакля «89-93. Сквоты» в Театре.Док. Снятые работы мне все нравятся, я их люблю и благодарна режиссерам и всем, кто над ними работал. Я рада, что эти фильмы появились на свет. У меня их очень немного, хватит пальцев одной руки. Что-то, о чем хотелось забыть, наверное, было, но вспомнить не могу, наверное, уже забыла)))3) Что пишешь сейчас?
Сейчас пишу сериал, абсурдистско-неприличную комедию для молодых и незамутненных. Только что закончила короткометражку для самой себя, хочу снимать ее. Помогаю писать полнометражный сценарий очень талантливому молодому режиссеру. А еще в тяжелом и длинном процессе написания пьесы.

4) Что хочешь написать?
Ничего. Я не люблю писать. Но если вычесть эту нелюбовь к процессу, то есть три замысла полнометражных сценариев, которые хотелось бы написать. Один из них на историческом материале (конец XVIII – начало XIX века).

5) Где и когда пишешь? Кабинет, кухня, офис? Утро-ночь? Есть ли норма дневной выработки, всегда ли ее соблюдаешь?
Пишу я в кафе, дома писать не могу, там дети, шум, семейное счастье. Кафе одно и то же на протяжении уже долгого времени, и я воспринимаю его как мастерскую. Тут меня все знают, не спрашивая, готовят кофе, который я предпочитаю, у меня есть свой столик, и есть окно, через которое видно город. Я категорически не могу работать в помещениях, где нет окна, и где не видно город и людей. Никаких норм выработки у меня нет. Просто делаю то, что надо и сколько надо каждый день. Всегда есть план на день, что и в каких количествах должна выполнить. Практически всегда план выполняю. Работать предпочитаю утром, чтобы до работы не было никакой предыдущей событийности, кроме завтрака и троллейбуса. Всегда счастлива, когда выпадает день, в который ничего не надо писать. И тогда ничего не пишу, радуясь жизни.

6) Какую технику (ноутбуки, программы) используешь в работе?
Любой ноутбук и программу «ворд». И еще записную книжку, в которой от руки пишу в пути (метро, электрички, наземный транспорт, а также очереди в поликлиниках и т.д.).

7) Бывают ли писательские блоки и как с ними справляешься?
Они у меня всегда. Каждый день. Справляюсь потому, что надо. Ничем, кроме «надо», ничего победить не могу.

8) Как отдыхаешь? 
Дети, семья. Друзья. Путешествия. Природа. Идиотские ситуации, над которыми потом очень здорово смеяться. Дурацкие поступки, которые я иногда внезапно совершаю. Это освежает. Растения, на которые я могу смотреть очень подолгу. Документальные фильмы про насекомых и беспозвоночных. Но всему этому я бы предпочла сон хотя бы по восемь часов в сутки. Не получается.

9) Занимаешься ли другой творческой деятельностью, не связанной со сценарной работой? Помогает? Мешает?
Работаю в разных качествах над театральными проектами, это не просто помогает, а обеспечивает возможность не сдохнуть от тоски. Сейчас делаю маленькую работу в театре как режиссер. Скоро буду, надеюсь, снимать кино. Очень жалею, что не хватает времени на живопись. Вообще, я была бы рада, если бы ни одна сфера деятельности не была для меня работой. Идея работы как таковая мне не нравится. Труд почти уже сделал из меня обезьяну. Кривляющуюся обезьяну. Пора остановиться.

—–
Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Тоже интересно
Ник Пиццолатто
Читать

Ник Пиццолатто, «True Detective»: «Когда меня выгонят, пойду писать романы». (Ч.1)

Интервью с создателем телесериала "Настоящий Детектив" - сценаристом и писателем Ником Пиццолатто. О пути в телевизионную сценаристику, стратегии продвижении сценария, о драматургии, о рождении замысла "True Detective" и о начале работы над сериалом.
Читать

Кто здесь: сценаристы. Никифорова Ольга Алексеевна

Меня учил Саша Бачило, сценарист и писатель от бога. Без теории, ковал в работе. На тот момент всем в моём окружении было понятно, что я пусть немного, но одарена, и нельзя было позволить мне и дальше оставаться просто медицинской сестрой.
Фото сценариста Винса Гиллигана
Читать

Винс Гиллиган, Breaking Bad: «Уолт – это опухоль в центре сериала». Ч.2

Вторая часть интервью с Винсом Гиллиганом, в которой речь пойдет о том, как удержать внимание зрителя, почему автор не сочувствует герою, и как забастовка Гильдии сценаристов спасла сериал.