Сзади легко наваливалась надувная проститутка. Шлы­ков саданул ее локтем. Она, как воздушный шарик, отлетела к стене и снова прыгнула к нему. Шлыков врезал ей еще раз и посмотрел на себя в зеркало: клоун в педерастическом кос­тюмчике. Клоуна из него сделали!.. И тогда на Шлыкова на­шло. Сбивая пенсионера, он бросился к дверям.

Шлыков ссыпался по лестнице, выскочил на улицу.

—  Стой, гад! — Он увидел только хвост отъехавшего «мер­седеса».

Мелькнул зеленый огонек такси. Шлыков поднял руку. Парень оказался свой, из 4-го таксопарка. Лишних вопросов не задавал.

—  Гони! — крикнул Шлыков.

За поворотом увидел силуэт «мерседеса». Таксист про­скочил под красный свет. «Мерседес» будто почувствовал опасность, тоже прибавил. Они долго петляли по улицам, на­конец прижали его в узком переулке.

—  У тебя монтировка есть? — спросил Шлыков.

Парень молча протянул ему молоток. А «мерседес» вдруг

юркнул в проходной двор и пропал.

Потом они снова нашли его и гнали до окружной.

—  На прямой уйдет, сука, — вздохнул шофер.

—  Пусти за руль.

За пунктом ГАИ обменялись местами.

—  Стекло заднее протри, — попросил Шлыков, стаскивая ненавистный пиджак.

Только таксист вышел из машины, Шлыков ударил по га­зам Долго мчался один в темноте, потом впереди замаячили красные огни. Стрелка спидометра скакнула на 160, потом на на 180. Такси дрожало, как самолет перед взлетом. В ветровом стекле с каждым мгновением рос «мерседес».

Шлыков выжал из «волги» последние крохи, поравнялся с «мерседесом». Крутанул руль, понимая, что ему уже не затормозить. И наконец с торжеством посмотрел туда, где должно было быть насмерть перепуганное Лешино лицо. Он увидел пустую машину и удивленного японца за рулем. По­том был удар и чернота.

Никого не было на шоссе в этот поздний час. Две светлые машины лежали в кювете, серая асфальтовая лента прореза­ла молчаливый осенний лес, забрызганный кроваво-красным цветом.

—  Сестра, тут у Шлыкова банка кончается…

Сестричка переткнула иглу в пробке банки с физиологи­ческим раствором, установила ее на стойке, нагнулась и про­верила иглу в руке Шлыкова.

Иван лежал с закрытыми глазами, из-под простыни высо­вывался гипсовый корсет. В проходе между койками сосед- больной возился у тумбочки, на которой стоял телевизор «Юность».

—  Японец-то поддатый оказался, вообще — одни ушибы. В суд он подавать не будет, так что все путем. А в парке мы уладим. — Толстый Коля ерзал на стуле в ногах у Шлыкова, белый халат то и дело сползал с его плеч. Сосед разделся и лег. На экране телевизора играл на саксофоне Леша. — Ва­лентин Иванович стал выступать, а я ему говорю: мы вас на собрании трудового коллектива, между прочим, будем тай­ным голосованием выбирать. Он сразу заткнулся…

Изображение было некачественное, двоилось, даже трои­лось.

—  Что это за мужик? — Коля мучительно вглядывался в экран. — Почему я его знаю?

Шлыков молчал.

—  Это же тот фраер, что мне тачку мыл, — вспомнил Ко­ля. — Знакомый твой.

—  Я его не знаю, — сказал Шлыков, не открывая глаз.

—  Гадом буду — он. За трешку коврики вылизывал. А те­перь гляди, в каком прикиде — бабочку наценил. Ну, вспомнил дружка своего?

—  Нет, — сказал Шлыков и открыл глаза, — это не он. По­хож просто.

Он смотрел отсутствующим взглядом; в одну точку, слов­но там, далеко, видел что-то совсем-совсем иное.

Сквозь дверь его палаты был виден длинный больничный коридор с раскладушками и кроватями вдоль стен, с темным прямоугольником окна в торце.

Шлыков смотрел все так же, не мигая. Может быть, он хотел заплакать, но не умел.

Наступила ночь. Свет в коридоре погас, горели лишь на­стольные лампы на постах дежурных сестер, но самих их не было. Спали больные на раскладушках, тяжко дыша откры­тыми ртами и вскрикивая во сне. Кто-то, укрывшись с голо­вой, спал на операционной каталке. Человек в сером халате, больше похожий на тень, бесшумно и медленно шел по кори­дору. Яркая звезда смотрела сквозь стекло окна.

Во всей больнице, казалось, не спал один Шлыков.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

*

Тоже интересно
Читать

Свой среди чужих, чужой среди своих. Сценарий

Волшанский губком заседал в гулком, громадном зале старинного особняка. Низко висевшие над столом керосиновые лампы с трудом боролись с темнотой.У секретаря губкома Василия Антоновича Сарычева — усталое и бледное, с припухлыми от бессонницы веками лицо нездорового человека.
Читать

Джокер. Сценарий (англ.)

Сценарий фильма “Джокер”, уже ставшего сенсацией этого года. Сценаристы – Тодд Филлипс и Скотт Сильвер. По словам авторов…